«Узнай себя»: артемовский писатель презентовал книгу городских рассказов

На презентацию новой книги  известного артемовского писателя и поэта Виктора Шендрика «Любит - не любит» пришла творческая элита города.

Как отметил автор, задача литературы и этой его работы не воспитывать, а лишь затронуть в чувства в душе читателя. Он рассказал приглашенным, что книгу писал долго и ждал удобного случая, чтобы наконец представить на суд читателя.

Коллеги и почитатели творчества Шендрика, которые уже успели прочесть книгу, назвали ее городским романсом, а иногда и шансоном. Полные иронии и самоиронии тексты открывают перед читателем будни и праздники главного героя, жителя провинциального городка.

 На презентации звучала не только проза, но и романсы на стихи Шендрика.IMG_0483

 Главный редактор газеты "События" Вадим Мардиян доказал, что юмором полны не только книги, но и жизнь писателя. IMG_0484

 Сладкие подарки от почитателей.IMG_0486

Новый сборник, в который вошли работы артемовского автора.  IMG_0490

Александр Дьяченко, который сам недавно напечатал книгу, считает, что на презентации автора нужно не поздралять, а благодарить. 

IMG_0495

Книга вышла маленьким тиражом - всего 50 экземпляров, поэтому многие присутствующие решили приобрести ее с автографом Виктора Шендрика.

С разрешения автора мы публикуем один из рассказов сборника.

Также за творчеством Виктора Шендрика и других городских авторов вы можете следить на культурном портале «Истоки».    

В ОДИН ДЕНЬ

Каждую субботу я покупаю у неё газеты, и мы с ней давно на «ты». Она работает в киоске «Союзпечать» на углу Красногвардейской и Ломоносовской. Ещё на подходе я замечаю белокурые кудряшки за переливчатым стеклом и знаю – Люба на месте.

Имея двадцатилетнюю дочь, Люба не торопится стареть. Она пристрастна к помаде ярких цветов и красит губы, мало считаясь с естественными их границами. В глазах её – истома и сумерки…

Со своего НП Люба всматривается в течение жизни. В самом, конечно, вульгарном его проявлении – Люба созерцает улицу и прохожих. Долгими взглядами провожает наиболее видных мужчин.

Заметив достойный типаж, Люба мечтательно вздыхает, отчего её большая грудь заметно вздымается над разложенными в витрине газетами и сборниками кроссвордов.

Стареть Люба не спешит, но шейпинг или бодибилдинг не знакомы ей даже как понятия. Впрочем, в нашей глубинке нечто подобное можно сказать обо всех женщинах, изведавших радость замужества и счастье материнства и одолевших сорокалетний рубеж не истреблёнными в едва забытых очередях и креслах гинекологов-недоучек.

Одним словом, Люба – толстушка. При описании роскошных женских форм принято обычно ссылаться на полотна Кустодиева или Рубенса. Мало того, нередко приходится слышать определение: «кустодиевские формы». Вот уж, действительно… Побывать бы во Флоренции, в галерее Уффици, где хранится «Автопортрет» художника, и посмотреть, какими такими формами обладал Борис Михайлович. Но, могу представить, худ был, и щёки впалые…

А о Рубенсе вообще и говорить не хочется. Никудышный, замечу, живописец! На его холстах – пруд пруди обнажённых женских телес, но, по большому счёту, и глянуть не на что. Отяжелевшие чресла, заплывшие жиром ляжки, животы в складках, и при всём этом добре – ни одной приличной груди! Всё – так себе, намёком, с сосками-точками. А не умеешь рисовать – не берись. Малюй себе замки Стен и пейзажи с водопоями. Хотя, может быть, просто не повезло фламандцу с натурщицами…

Рядом с Любиными достоинствами всякое барокко незамедлительно бледнеет. Её фигура типична для славянки и, если и отмечена излишествами, то располагаются они в пропорциональном соотношении. Тут если грудь – так уж грудь!

А солнышко разгулялось по случаю выходного дня, и почки на кустах сирени лопнули, выпустив на свет Божий клювы первой зелени. В куртках и пальто уже жарко, но люд ещё терпит.

И настроение у меня великолепное. Такое у меня настроение, что и газета, пожалуй, не очень-то и нужна. И к Любиному киоску направляюсь я теперь лишь в силу установившейся традиции. Чтоб не отвыкнуть от субботних прогулок.

– Я вас приветствую, барышня! – склоняюсь я к Любиной амбразуре, нащупывая в кармане деньги. – …

Такое помпезно-затасканное обращение вырывается у меня, похоже, от приподнятости духа, а вообще – я уже говорил, кажется, – мы с Любой на «ты».

– …Мне как всегда.

Передо мной ложатся «Факты» и «Кряжгородский вестник», и… ни звука в придачу!

И всё – на женщину уже нельзя смотреть через стекло. А нужно выворачивать шею и заглядывать в окошко снизу вверх. Один Бог знает, как это тяжело, но я делаю это – ситуация обязывает!

И тут же замечаю пунцовый носик, осыпавшуюся с ресниц тушь на щеках и полные нехорошей влаги глаза. Да, это явно – не портрет жены художника. Бог ты мой, дался мне этот Кустодиев! 

– Что стряслось, Люба? – уже не могу не спросить я.

Полные Любины губы заметно подрагивают. И всё же с них слетает:

– Ты зайди, Вадим…

И я иду. Обречённо, как на встречу с кредиторами. Иду, сам не зная, зачем это делаю. Иду, погрязая в невесёлые мысли. Потому, что сейчас начнётся… Потому, что моя виртуальная жилетка, в которую плачутся все кому не лень, скоро будет насквозь мокрой от соплей. Потому, что хорошего настроения как ни бывало, чёрт возьми!..

Пока огибаю угол сине-белого, динамовской расцветки киоска, пытаюсь угадать, что же произошло. Поругалась с начальством и теперь попадает под сокращение; проторговалась и будет – это хуже! – просить в долг… А может, ещё что?..

– Ну? Что случилось, радость моя? – спрашиваю я и пытаюсь хоть как-то устроиться в тесном нутре Любиной торговой точки.

– Понимаешь, Вадим Андреевич… – начинает Люба, но голос срывается, и она трёт носовым платочком и без того красные веки. – Знаешь, Вадик, как больно, когда бросают?

Вот оно что!

– Знаю, – говорю. – Или не знаю. Да нет, знаю, наверное.

Нет, не нужен он ей, мой ответ.

– Он… как он мог… как он мог так?..

– Кто он? Давай толком.

– Есть тут один, – Люба брезгливо поджимает губы. – Ты его видел, наверное. Такой…

Точно, вспоминаю, видел. Меткое определение – «такой». Вертелся здесь, около киоска. А иногда я видел его и за стеклом, на месте, где сейчас стою сам. Даже запомнился его затравленный взгляд – ещё бы, нарисоваться в витрине у Любы на глазах всего Сергеевска! Это вам не Мехико какое-нибудь, здесь мигом всё зафиксируют и сольют информацию кому следует в наисвежайшем виде.

Что ещё сказать? Мужик как мужик. На вид моложе Любы. Грузноват для своих лет. Носит куртку из кожзаменителя – из кожи дивана – и такую же фуражку. Или, кто его знает, как он зовётся, этот головной убор, формой напоминающий срезанную вполовину коробку от торта, но с козырьком.

Кажется, я видел его даже сегодня, когда только подходил к киоску. Видел со спины, уходящим. Или это действительно кажется?

Стоп! А я-то сейчас чем лучше? И я торчу за стеклом в этой чёртовой лавке на глазах у всего города. Рядом с Любой! И меня зафиксируют, и меня сольют!.. Ай, нехорошо-то как получается… 

– Ну, видел, да, – говорю, отгоняя прочь тревожные предчувствия. – И что?

– Ну что – «что»?! Сегодня он сказал, что больше не может со мной встречаться. Сказал, что любит жену… И вообще…

Люба шумно сморкается в платочек.

– Понятно, – говорю. – Бывает.

Бывает-то оно, конечно, бывает, но что говорить дальше и как теперь себя вести – ума не приложу!

– Ведь он часами сидел вон на той скамейке. Всё смотрел на мой ларёк, всё ждал, когда я кончу работу. И на тебе!.. У нас же  идиллия с ним была. А говорил… Ты бы, Вадим, слышал, что он мне говорил…

Не слышал, думаю, но, думаю, немного и потерял.

– Как он меня называл! – голос её взбирается к задушевным вершинам. – Знаешь… он говорил, что у меня глаза, как у серны.

– Оригинально, – вставляю я и тут же интересуюсь: – А он её видел когда-нибудь? Серну.

– Не знаю, – вздыхает Люба, и я понимаю, что ей совершенно неважно, видел он серну или нет. – Ну как можно вот так, после всего, что было?..

– Да-а… – вздыхаю и я. – Ситуация…

Я смотрю на заплаканную Любу, и в голову мою лезут неадекватные, мягко говоря, мысли. Нет-нет, я не воображаю себе, что и как там у них было, но почему-то меня очень интересует, как будет выглядеть Любина грудь, если её вот прямо сейчас освободить от всяческих супоней и выпустить на свет Божий. Какие у неё окажутся соски? Крупные? Или наоборот – маленькие? Нет, маленькие – это ни к чему, маленькие на таких объёмах и найдёшь не сразу. Не нужен нам никакой Рубенс, и пусть лучше будут крупные. Не бледные и не очень тёмные. Розовые пусть будут…

Люба снова проходится по глазам платком и неожиданно заявляет:

– Сволочи вы, мужики!

Голос её низвергается с задушевных высей, и мне кажется, что вот-вот польётся скандальная базарная скороговорка.

– Есть маленько, – с готовностью соглашаюсь я. – Уж что поделаешь?

– Морочил голову, говорил – всё из-за меня бросит. А теперь – жену он любит! Ну и пусть катится к своей жене! Видела я ту жену! Ни кожи ни рожи! Кости одни с макияжем…

– Так и не жалей, – стараюсь я попасть на нужную волну. Сделать, короче, то, для чего меня зазвали в эту неуютную будку.

– Да я и не очень-то, – дёргает подбородком Люба, и я замечаю, что глаза её сделались яснее и суше. – Обидно только, Вадик. Ведь как говорил! Так говорил!

– Про серну, – подсказываю я.

– Если бы только про серну! Он, знаешь, он говорил – мы умрём с тобой в один день!

– Нет, каков оригинал! – я округляю глаза. – Поэт, можно сказать!

– Отож, – охотно кивает Люба. – Подлец, короче.

Боже, думаю я, ну зачем это всё мне?! Мне газеты нужны и не больше! Зачем мне все эти слёзы и душещипательные признания? И главное – чем я могу помочь? Почему именно я должен выслушивать весь этот бред?

И неожиданно для себя я спрашиваю:

– Люба, а как получилось… ну, как ты надумала рассказать всё это мне?

– Ты добрый, Вадим, – буквально ошарашивает она меня.

Глаза её теперь находятся прямо напротив моих глаз. Некуда мне их спрятать в этой тесноте, свои глаза.

– Лицо у тебя доброе, – добавляет она.

Здравствуйте! Приехали! Нашла добряка! Да злой я, злой, – хочется закричать мне. И наплевать мне на все эти страсти-мордасти и на этого «кожзаменителя» с его гриновскими перепевами! И на глаза всех парно- и непарнокопытных тварей мне тоже наплевать! Господи, ну что я здесь делаю?!

– Да и чёрт с ним! – говорит Люба. – Жалко, конечно, да ладно.

Она изменилась. Губы уже не дрожат, краснота вокруг глаз исчезла, голос звучит ровно.

– Я вот думаю, – продолжает она, – как лучше его забыть. Может быть, клин клином?..

И в глазах её – сумерки и плотоядность. И она придвигается. Вернее – как бы придвигается, потому что никаких физических движений она не делает, но в каморке становится теснее. И жарче становится, а точнее – как бы жарче, потому что дело не в градусах, а в том возникшем накале, который ощутим явно и который трудно переносить.

Я смотрю на её запястья, словно перехваченные ниточками, на тугие щёки и подбородок с тенденцией к удвоению, но я не смотрю ей в глаза, я боюсь. «Клин клином, – повторяю я мысленно. – Что значит – клин клином? И всё это… в один день?»

Я смотрю на часы. Я становлюсь суетлив, осознаю это, и мне делается неуютно и неловко от собственной суетливости.

– Пора мне, Люба. Ещё в пару мест надо…

Я говорю сбивчиво и негромко, но это – вопль! Я не хочу, я изо всех душевных сил не желаю умирать с ней в один день. Не желаю настолько, что готов умереть на день или два раньше.

Я нащупываю дверь и толкаю её. Там, за дверью, субботняя уличная толчея, солнышко и сирень с клювами. И совсем не душно там, за дверью.

– Вот спасибо тебе, Вадик, утешил капитально, – слышу я за спиной. – Выговорилась тебе, и легче на душе стало.

– Пока!

Неловко полуобернувшись, я прощально машу рукой и – быстрей-быстрей – от этого, динамовской расцветки, киоска.

По пути вспоминаю, что газет я не купил. И Бог с ними! Вообще, я их выписываю на дом, газеты… 

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Автор
(0 оценок)
Изложение
(0 оценок)
Актуальность
(0 оценок)
248 просмотров в октябре
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует

Комментарии

Комментарии предназначены для общения, обсуждения и выяснения интересующих вопросов

Общество
На заседании Кабинета министров Украины и.о. министра Ульяна Супрун сообщила, что по результатам медреформы на «первичке» семейные врачи уже получают увеличенную зарплату, пишет «МедПросвіта». «Деньги, наконец, пошли за пациентом. Тысячи семейных врачей, педиатров и терапевтов почувствовали это с новой существенно увеличенной зарплатой. Например, семейный врач, который работает в городе Бахмут, еще в сентябре получал чуть больше 7000 гривен зарплаты в меся...
Общество
Ветеранов АТО приглашают принять участие в программе «Ветераны АТО от диалога к трудоустройству». Об этом сообщает пресс-служба горсовета. Проект реализуется при финансовой поддержке Министерства социальной политики Украины, организатор – ВОО «Объединение жен и матерей бойцов участников АТО» и Бахмутский городской совет. Проект предоставит ветеранам АТО возможность пообщаться с топовыми работодателями украинского рынка и пройти первое интервью. В течение 3...
Общество
Мобильное подразделение Ощадбанка обслуживает клиентов вблизи линии соприкосновения в Бахмуте и Зайцево с 22 по 26 октября. Об этом сообщает пресс-служба Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц в Фейсбуке. График работы мобильного банковского подразделения на этой неделе:
Происшествия
С разницей в два дня мужчина совершил два аналогичных преступления: в общественном месте в темное время сутки вырвал дорогие гаджеты из рук женщин и планировал их перепродать, а деньги потратить на алкоголь. Сейчас подозреваемому грозит до 6 лет лишения свободы. В дежурную часть Бахмутского отдела полиции от местных жительниц поступили сообщения о грабеже. Правоохранители сразу обратили внимание на одинаковый почерк совершения преступлений. Следствием было...
Общество
22 октября бахмутский городской голова Алексей Рева провел рабочее выездное совещание с представителями служб города по улице Зеленой, 35, где в перспективе планируется обустройство нового помещения для комитета микрорайона «Цветмет». Бахмутский мэр ознакомился с текущим состоянием помещения, обсудил с представителями городских служб вопрос подключения коммуникаций к зданию, ремонта помещения и благоустройства прилегающей территории. Также в ходе совещания...
Общество
Сегодня 23 октября, а отопительный сезон в Донецкой области еще не начался. Квартиры в многоэтажках с централизованным отоплением и бюджетные организации: школы, больницы и детские сады – не отапливаются. И если жителям частных домов и жильцам квартир с индивидуальным отоплением повезло чуть больше, то жители многоэтажек Бахмута и других городов Донецкой области мерзнут. По информации заместителя директора ООО «Бахмут-Энергия» Сергея Логвинова, теплосеть с...
Общество
В Центре первичной медицинской помощи г. Бахмута уже можно сделать прививку против гриппа. В городе появилась вакцина для профилактики гриппа «Ваксигрип тетра». Производитель Санофи Пастер С. А., Франция. Вакцина обеспечивает активную иммунизацию против четырех штаммов вируса гриппа (двух подтипов А и двух типов В). В связи с тем, что эта прививка не входит в национальный календарь прививок в Украине – она платная. Одна доза вакцины стоит порядка 300 грн....
Новости компаний
Последние экземпляры книги ""Мариуполь. Последний форпост". Переиздания не будет. Поспешите купить честную книгу о событиях 2014-2015 годов в Мариуполе и Приазовье. "Мариуполь. Последний форпост"  - читают в Праге и Вене, Берлине и Тбилиси, Луцке и Тернополе, Киеве и Львове,  Донецке и Краматорске. Книга говорит голосом тех, кто видел, слышал и сам был участником страшных и трагических событий 2014 - 2015 годов в Мариуполе. В ней нет оценочных суждений - т...
Происшествия
20 октября примерно в 19:30, на КПВВ «Майорское» (вблизи пгт. Зайцево Бахмутского района) были слышны выстрелы из стрелкового оружия, после чего сотрудники, которые несут дежурство на КПВВ обнаружили повреждения воздушного баллона надувного модуля (палатки). Об этом сообщает пресс-служба ГУ ГСЧС Украины в Донецкой области. На момент обстрела в модуле находилось 3 сотрудника 8-го Государственного пожарно-спасательного отряда Главного управления, которые нес...